А после была «НОЧЬ БЕЗ ПОПКОРНА» с программой фестиваля «АртКИНО-2009», который прошел в Москве 23-27 февраля и эхом с пометкой «THE BEST» пришел к нам.

На «НОЧИ БЕЗ ПОПКОРНА» я была впервые. Да, она действительно без попкорна. Зато с безумным количеством слабоалкогольных напитков. Я ничего не имею против естественно. Не спеша потягивать принесенный с собой алкоголь в зале кинотеатра «Дома Кино» или «Родины» во время просмотра хорошего фильма – это традиция не одного поколения. Я бы и не упомянула об этом даже, если бы это прямо не отразилось на качестве моего просмотра. Основная масса, пришедшая на ночь кино – мОлодежь, студенты - абсолютно не имеют понятия ни о культуре посещения мероприятий, ни о культуре потребления алкоголя. Непрекращающийся шум в зале не мешает, даже постоянная болтовня ближайших соседей справа – тоже, но! только когда она не комментирует экран самым примитивным образом типа «О, чо это, бегемот?»(на экране бегемот). На замечание меня послали пересесть, но к третьей части животное благополучно уснуло и кроме запаха перегара неудобств не доставляло.

Приятного было больше. Общий уровень работ высокий. Что особенно запомнилось:

«Уже не мертв», 2009 год, документальный. Режиссер и автор сценария: Антон Ланшаков. Бойко, с драйвом и немного дерзко автор поведал о тех, кто каждый день спасает жизни. Я в восторге – сейчас как никогда актуальна качественная пропаганда работы врача, милиционера и иже с ними. А тут еще и кино хорошее. Кажется, он получил Гран-при от Арткино – что ж, заслуженно. Операторская работа немного напрягла – я понимаю, что это цифра, но уж слишком какая-то плоская картинка получилась.

«Моно Лиза», 2009 год, документальный. Режиссер, автор сценария: Яна Конофальская. Моно Лиза явилась откровением и шоком. Осенью на фестивале «Начало» я ее не посмотрела и очень рада, что удалось сделать это сейчас. Девочка, как узнается в конце, 9-ти лет очень задорно и без обиняков рассуждает об одноклассниках, эмигрантах, президенте, кино… Это страшно. Не потому что дико слушать такие речи из уст маленькой девочки, нет – ребенок – это всегда ребенок. Меня не покидало ощущение чего-то знакомого в ней, как будто я это уже видела. А когда поняла, тут-то меня и вскрыло. 80 процентов виденных мною девушек от 15 до 23 лет именно так и разговаривают. В точности! И обезьяньи манеры, когда недостаток словаря замещается экспрессивными мимикой и жестами, и узость суждений – все. И если учесть, что оставшиеся 20 процентов довольно многочисленны, то становится понятным мое выпадение в осадок – Лиза-то, дай боже, вырастит большой и умной, а с теми как быть?

Игровое кино порадовало фильмом «Очалан», 2008 год. От режиссера Владимира Копуша и оператора Михаила Блинова, оба, кажется, ВГИКовцы. Понравилось лаконичностью, при отсутствии недостатка изображения – очень кинематографично.
«Порыв ветра», 2009 год, режиссера Екатерины Телегиной и оператора Семена Яковлева сформулировал для меня эстетическую тенденцию последних фильмов – американских и сделанных по их образцу – это практически отсутствие общих планов при избытке крупных и сверхкрупных. Это смущает тем, что при условии их короткости, что сейчас нормально, пространство практически не творится – ты видишь только локальные его части, которые не поддаются стопроцентно-верной связке.

В целом впечатление хорошее, хотя смотреть под конец уже тяжело - не потому что фильмов много, а потому что всю ночь и кресла неудобные. И, похоже, АртКИНО свое обещание выполнило – интерес к короткому метру у зрителя возрос, художник воодушевился.

После длительного перерыва мои поиски кино продолжились в двух мероприятиях - каскадом в половину суток. Первым было посещения киноклуба «URAN», второе - НОЧЬ БЕЗ ПОПКОРНА короткометражного фестиваля «АртКИНО-2009». По порядку.

Закрытый киноклуб «URAN» располагается недалеко от ст. метро Удельная - в зале детского кинотеатра «Уран». Там холодно, многие стулья сломаны, сидит невидимая вахтерша, выдавая свое существование лишь звуком работающего телевизора. Но кинотеатр работает, на стекле вывешена от руки написанная программа утренних сеансов, а по вечерам в выходные заседает культурно-продвинутая молодежь. Согреться можно чаем и любовью к искусству. В общем, все необходимое для киноклуба наличествует. Почему он назван «закрытым» я не поняла. Как мне объяснили, киноклуб вырос из желания организаторов в узком кругу на большом экране смотреть в свое удовольствие «визуальные продукты человечества». За вход берут от 50-100руб – в зависимости от желания и возможностей, не в целях обогащения, а из необходимости платить аренду. Так же они готовы к кино-инициативам и при желании «Уран» можно использовать под площадку для интересных показов.
В субботу же вечером показывали «Человек без прошлого»(«Mies vailla menneisyyttä», 2002 г.) Аки Каурисмяки. Фильм порадовал финской отрешенностью, обрамленным кромкой абсурда сюжетом и, особенно, непосредственной игрой актеров. Тандем Марку Пелтола и Кати Оутинен (сыгравшей большую часть главных женских ролей в фильмах Аки) я видела в короткометражке режиссера в сборнике «На десять минут старше. Труба». По-видимому, она послужила наброском к «Человеку без прошлого», но точно не уверена – обе картины вышли 2002 году. Отношения главных героев в обоих фильмах – это компромисс между отчаянной смелостью страсти, по-фински видимо, скупой в проявлениях, и вынужденным соблюдением социальных ритуалов. Компромисс между ними даже не находится – он просто осуществляется. В «Трубе»: «Я женюсь на тебе и мы немедленно уедем в Сибирь»-«Я не могу без колец»(все остальное ее, похоже не смутило вовсе!)-«Ок, идем покупаем кольца в ближайшем магазинчике и садимся на поезд». В «Человеке»: «Я провожу тебя» - «Неприлично гулять с незнакомым мужчиной»- «Но мы же теперь сослуживцы»-«Тогда ладно». Это отношения мужчины и женщины, которые знают, что должны быть вместе. Качество диалогов я, может и слишком смело, но поставлю на один уровень с Тарантино и Джармушом. Очень много можно было бы написать про свободу, которую дает анонимность – Герою, потерявшему в фильме память и Режиссеру, говорящего через такого Героя. Но здесь я хочу остановиться именно на актерской игре - после фильма, во время небольшого обсуждения, прозвучало неоднократно о театральности, наигрыше актеров. Подтолкнуло поразмышлять именно об этом.

Театральность актерской игры в кино – что это и насколько это, вообще возможно? Документальная природа кинофильма очень жестоко расправляется со всем чуждым ей в картине. И делает она это очень просто – с помощью времени. Как не блещущая ни умом, ни красотой модница в молодости и может очаровывать с помощью красок и блестящей пыли, но возраст, который не скрыть ни нарядами, ни макияжем, обнажает ее пустоту и малодушность, так и кино со временем обнаруживает свою документальность. Феерии Мильеса у современного зрителя вызовут в лучшем случае снисходительную улыбку, а поднимающийся из гроба Носферату в маске – взрыв хохота, вместо положенного трепета ужаса. Гадать сколько килограммов грима ушло на съемки «Понизовой вольницы», как то естественнее, чем сопереживать героине Веры Холодной, но! Документ остается и он интересен, тем, кто интересуется. Этот документ можно назвать «Так снимали кино в начале ХХ-го века» или «Игра актрисы Веры Холодной в фильме N». Причем, удовольствия от просмотра это не отменяет, и оно доступно не только изучающим кино в профессиональных целях. Секрет же вечной «свежести» шедевров мирового кинематографа, пожалуй, во многом и состоит в «дружбе», неотделимости документальной природы кино от всего остального в фильме. Метод, каким это достигается у каждого художника свой. Об этом можно будет написать позже подробнее.

Возвращаясь к фильму Каурисмяки. Ощущение от игры актеров такое, как будто они непрофессионалы, которые ощущают неловкость перед камерой и не знают, что и как лучше сделать. Но только неловкость эту режиссер направляет не на зрителя, представленного камерой, а на жизнь и отношения героев. И из-за этого все получается потрясающе-правдивым. Герои, как и в жизни скованны в моменты, для них важные, а если решились на что-то, не боятся выглядеть нелепо и выглядят. Они говорят много ненужного и неважного, но и неизбежного, ведь им надо играть социальную роль – беспринципного полицейского, строгой морали работницу «Армии спасения» и т.д. Отношения роли и угадываемых в действиях искренних желаний героев и рождают ощущение до абсурда правдивой реальности.



Киноклуб «URAN»
http://vkontakte.ru/club5772511

Свет женщины. Свет для женщины. От женщины. Свет - в женщине? Просветление. Свет – Весть . Весть о женщине. Мертвой, светлой женщине. Свет в след. В след женщины. В след за женщиной – за светом.

В субботу в ВЕИПе Нина Савченкова представила «Свет женщины». Фильм 1979 года по одноименной книге Ромена Гари. Режиссер Коста-Гаврас. Вы о таком слышали? Я до субботы – нет. И почему, черт возьми? Замечательное открытие.

Два персонажа и две истории, как две неравные половины целого. Чужое отражение в зеркале, через которое ты узнаешь себя. Что у них общего – по сути, лишь безумная вера, Folie a deux, которое они в силах поддерживать друг у друга лишь находясь вместе. С ума сходят всегда на пару, снова и снова повторяя - «Взаимопомощь». Мужчина и женщина. Остаться – уехать. Воля – принятие.

И третий персонаж – как одно эхо двух криков-историй, резонирующий между героями. Остающийся, чтобы уехать. Уезжающий, чтобы не остаться. Знакомый незнакомец. Трагикомичный, он теряет бесконечно преданную ему собаку, которая хоронила его в своих предчувствиях, и умирает сам, как следует отпраздновав перед этим свою смерть.

Сквозь весь фильм – Утрата. Отрицание, гнев, чувство вины, депрессия, принятие? Да, но что делать, если ты не потерял, а теряешь? В течение бесконечно длинной ночи. И что в этой ситуации тебе может дать человек, который потерял все? Что может дать женщина мужчине, который обещал быть счастливым другой женщине?
Женщине Без Настоящего. Она является нам либо в муже, который ее вот-вот потеряет, либо в своей, уже случившейся, смерти. Мы не застанем ее, но в настоящем этой роковой ночи растворена ее Воля, присутствие которой мы чувствуем постоянно. Это Она, невидимая, задает правила игры, по которым живут персонажи этой ночью. Единственный человек, который знает об этом и может остановить трагедию – не имеет на это права.
Мы же поразительно поздно узнаем об истинном положении дел – чтобы еще раз, но теперь уже горько, посмеяться над невероятными диалогами и совпадениями, переоткрыв их смысл.

А утром, с приходом Смерти, все разрешится, чары спадут. И надо трезветь от горя, чтобы жить дальше. Вместе или по отдельности? Ни то, и ни другое.
Тот, кто должен был уехать останется, кто оставался – уедет.
Мы встретим друг друга снова, когда станем самими собой. Сейчас – в нас слишком много отчаяния.



"Кинематограф сквозь призму психоанализа"
http://vkontakte.ru/club1631449

Не так давно пересмотрела «Кофе и сигареты» Джармуша. Интерес был вполне конкретный – искомое уже дано смаковалось и мысленно щупалось.
И вот недели три назад посчастливилось мне побывать на семинаре по методологии анализа у замечательного преподавателя Савченковой Нины Михайловны. И как раз в связи с Кракауэром и разговорами о нем смотрели последний эпизод «Кофе». «Ощущение творящегося на глазах произведения искусства» - такой мыслью она поделилась. Точно. Вот же оно.

Разговоры о драматургии фильмов всегда вызывают у меня досаду. Под этим словом имеется ввиду либо что-то само собой разумеющееся в отношении кино, как творимого людьми для людей в человекообществе, либо нечто для чего просто нет пока лучшего названия. «Кинематургия» Зархи – ближе, но все равно недостаточно. В кинопроизводстве же драматургия – тот еще идол. Есть драматургия сценария – здесь из-за родственных связей с литературой все более менее понятно. Есть драматургия режиссерская – «тут акцент, там усиление, а это вырезать – неоправданно утяжеляет действие». Действие, ага. Утяжеляет. И если зритель весь фильм неотрывно следит за происходящим, то говорят – драматургия удалась. Так что же это все-таки такое? Если фильм – это кусок пирога, то драматургия что? Сливки на нем? Начинка? Этикет подачи блюда? Или само, даже не понятие пирога, а… Образ? Название блюда в меню. В Москве, мне рассказывали, есть ресторан «В темноте?». В специальном зале действительно темно, а все официанты – слепые. Там можно заказать меню-сюрприз, и часто гость, сделавший это, потом не может определить, что же он ест, несмотря на то (или именно потому?), что ощущение вкуса и запаха в отсутствии зрения значительно усиливается. Так вот, скажите ему, что он ест яблочный пирог – и он с легкостью вам поверит. Даже если пирог совсем не яблочный , а то и вовсе не пирог . Его пищеварение, конечно, будет знать, что вы его обманули – пищеварение вообще не мыслит понятиями «пирог» и «яблоки» - у него свое мыслеварение - жиров и углеводов, питательности и усвояемости. Научится его языку, конечно, можно, но кто сейчас будет заниматься такой фигней, не правда ли?
Ладно, оставим пищеварительные аналогии для дальнейшей критики драматургии - вернемся к Джармушу.
Известно, что в «Кофе и сигаретах» нет актеров – в привычном понимании слова. В небольших эпизодах – персонажи, многие довольно известные, а некоторые и культовые, имена их не изменены, разговаривают они, я уверена , почти так же как в жизни. Ну, с естественной поправкой на присутствие камеры, разве что. Это даже не «натурщики», как понимал актера в кино Кулешов.
Структура эпизодов довольно проста – некое помещение, чаще кафе, неизменные кофе и сигареты, принципиальная лаконичность изобразительного ряда – планы повторяют друг друга от одного эпизода к другому. Специфично джармушевские диалоги.
И в этом наложении друг на друга двух слоев – четкой структуры и конкретных живых людей, рождается некий совершенно новый эффект. Актеры здесь не актеры, а скорее – игроки. И игра их это не игра чего-то, изображение, а Игра Во Что-то. Игра в фильм «Кофе и сигареты», которого еще нет и который они сейчас же создают. Драматургическое действие здесь уступает место Кинематографическому Действу, видение которого завораживает – это возвращение того, что Гриффит назвал «прелестью движения ветра в лесу». Это событие - оно «там, но сейчас», «здесь, но тогда». И это работает.
Кинематографическое Действо – пусть это будет тем, что сменит призрак драматургии и спасет кино от «тошнотворной невозможности умереть».

В частых дискуссиях о причинах плачевного состояния современного кинематографа (особенно, российского), я часто называю почти полное отсутствие, на данный момент у кино, этики. Если мыслить этику не только, как моральную программу, но и в принципе, как науку о мотивациях, в кинемасофии ей определенно найдется достойное место. Если не в голове кинематографиста, то в теле фильма точно, должны быть ответы, как минимум, на такие вопросы «Что я делаю (говорю, решаю, етц)?», «На кой черт?», «Кто я в рамках этого делания, какова моя роль?». Четкая формулировка ответов совсем не обязательна, но они должны быть.
Я честно не в курсе, писал ли кто-нибудь из мыслителей от кино именно о его этике, но, что для меня намного важнее, при постановке такого вопроса адекватной реакции от живых собеседников, я почти не получаю. Неадекватная же сводится к двум формам:
Возмущение по поводу некорректности применения термина этика к кино или недоумение от полагания ее само-собой разумеющейся и потому недостойной обсуждения – позиция наиболее распространенная у кино-трудяг, которые получив опыт в какой-то конкретной области кинопроизводства, полагают, что хоть сколько-то могут разбираться во всем кино-пространстве.
Вторая форма реакции – безоговорочное согласие об отсутствии этики. При этом она заменяется на что угодно – понятное и приятное – будь то неудовлетворение от количества, качества или пафоса, выпускаемой кинопродукции, или просто въевшееся в нёбо ворчание.
Такое положение дел, вызывает, как минимум, изумление. Скажем, словосочетание «врачебная этика», ни у кого удивления или возражения не вызывает. Если вам вырежут здоровый орган вместо больного или пропишут слабительное при поносе – вы будете праведно гневаться. И вы скорее пойдете в правоохранительные органы с заявлением о незаконной практике, чем к врачу без лицензии и квалификации. При такой постановке вопроса настоящая ситуация кинематографа выглядит безумным миром, где почти каждый получил возможность бегать по улицам со скальпелем и бормашиной наперевес, леча каждого одной из нескольких микстур, названия которых успел выучить.
Ситуация, когда кино может снять практически каждый – лишь бы дитя не рыдало, да принесло прибыль – ведет, по аналогии, к тотальному выздоровлению общества – мертвые, как известно, не болеют.

Но все не так плохо. Не знаю, как везде, но в Питере (а если судить на основе Интернет-данных и в других городах нашей Необьятной), можно обнаружить все возрастающий интерес к кино. Это естественно – если плачевное состояние кино и необходимость его поправлять, очевидны мне – они очевидны не мне одной. Тенденции обнадеживающие. Киноклубов с каждым днем становится все больше. Не знаю, смогут ли они компенсировать отсутствие у нас адекватной системы кинопроката, но факт – кино не показывают разве что в учреждениях для слепых. А так - в ночных клубах и университетах, библиотеках и кафе. Новое и классику, забытое и просто редкое. Форматы показов тоже разнообразные.
«Современный Таперский Кинозал» – классика немого кино в сопровождении актуальной живой музыки. Перед каждым фильмом Арсений Трофим – автор музыки и исполнитель, говорит несколько слов о картине и ее месте в истории кинематографа. Лучше бы молчал. (Я могу понять непрестанно звучащие из его уст слово «авангард». Для современного зрителя и «Выход рабочих с завода» Люмьеров – авангард, а «Кормление ребенка» - так вообще треш-сага. Но Дзиги Вертов, “использующий при съемках «Человека с киноаппатом» десятки камер” – ох уж, это невежество сытости! ). Но основная информация, как то: имя режиссера, год выхода и название фильма, слава богу, достоверная. В конце концов, для тех, кто заинтересовался и хочет знать больше, есть интернет и РНБ.
А каждый четверг на факультете философии проходит семинар «Смотреть Делеза». В ходе него участники, шаг за шагом, пытаются изучить труд Жиля Делеза «Кино». Труд кусается – философам он малодоступен из-за огромного числа используемого кино-материала, киноведам – из-за мощного философского аппарата. Все о нем слышали, съел и переварил его мало кто. Есть возможность таковым стать.
Творческое объединение «КиноОко» устраивает кинопоказы в директорском зале Ленфильма. Для желающих изучить историю кино на наглядных примерах. Особенно привлекательно возможностью просмотра фильмокопий на пленочном проекторе. К тому же, в «КиноОко» так же есть актерская и режиссерская школы, проводятся мастер-классы – и это вторая тенденция.

Киношколы. Грибы после дождя энтузиазма. Вышеупомянутое «КиноОко»; «Арткино на Неве» - питерский вариант московского объединения «Арткино» с 3-х летней историей и с 6-ю, по-моему, волнами выпускников; киношкола «Dream Make» на базе студии Film Laboratory – для меня выглядит сомнительно, но кто знает…; еще много чего, о чем я слышала совсем мало или не слышала вовсе. Основой для всех является формат мастер-классов, на которых видные и не очень деятели кино делятся опытом, показывают свои творения и отвечают на вопросы. Для постижения кино-ремесла этого точно не достаточно, а в больших дозах даже вредно, но, для тех, кто хочет узнать о кино изнутри и в лицах – вариант идеальный. Сама я учусь в «КиноОко». На их сайте очень внятно написано «как» и «для чего» и именно так это и выглядит – ни больше не меньше. «Что» же все-таки «КиноОко» такое, мне не удалось узнать до сих пор. Сами ребята-организаторы не признаются, по моим ощущениям, чуть ли не из суеверия. Причина, по которой я выбрала именно их – этим людям я готова отдавать свои деньги. Мне нравятся их взгляды на кино, мне понятны их мотивы и я уверена в их порядочности, в которой они, по неопытности быть может, слегка неуверенны сами.

Если присовокупить сюда множество небольших киноштудий и один за другим проходящие фестивали кино – любительского и не совсем, то можно констатировать тенденцию к пробуждению кинематографа. Даже если это и не поспособствует полному вспоминанию кино самого себя, рост кино-грамотности населения нам светит точно.

Современный Таперский Кинозал
http://vkontakte.ru/club2389183

«КиноОко»
http://kinooko.org/

«Смотреть Делеза»
http://deleuze-cinema.livejournal.com/

«АРТкино»
http://artkinoclub.ru/

«Dream Make»
http://vkontakte.ru/club11295555

Кино в клубе «Книги и кофе»
http://vkontakte.ru/club11295555

Кинопроект «Буквоеда»
http://www.bookvoed.ru/43index.html

Киноклуб «Братьев Люмьер» - Отличная коллекция прокатного DVD, советую побывать. Кинопоказы в среду и пятницу.
http://lumiere-bros.livejournal.com/

Проект «Настоящее кино»
http://acine.ru/

Кино в клубе «Place»
http://vkontakte.ru/club12260239

Эстетические среды: уникальные показы и эстетические события на философском факультете СПбГУ
http://vkontakte.ru/club4634286

Синематика
http://vkontakte.ru/club117675

Плато – это постоянно ускользающий, перманентно движущийся фрагмент Ризомы – модели нелинейной и внеструктурной организации целого, этакого порядка Хаосмоса.
Плато –это маскарад с бесконечным переодеванием. Предсказание невозможно, только – моментальный анализ, сиюсекундная фиксация. И то, лишь для того, чтобы знать, где ее уже нет – наступающей, на бог весть что, армии смыслов без предводителя и карты.

Кино – массовик-затейник, обманщик, не говорящий ни слова лжи. Своенравный ребенок ХХ века - до недавнего времени, ему было позволено свободно экспериментировать, играть с самим собой и набираться опыта, осознать который еще только предстоит. Ты вырос малыш, пора эксцентрической речи закончена, мы узнали тебя настолько, чтобы научить языку, который нашли в твоем собственном теле. Так, по крайней мере, мне хочется думать.

Живой Журнал в этом контексте, отличный формат для моментального анализа - протокола серии одиночных выстрелов в сторону понимания. Локальная история, стоп-кадр ковбоя родео, на очередном повороте вскочившего на спину кинематографу, чтобы в следующий момент упасть, или, в пределе – прирасти к его спине, став самим кинематографом. Homo cinema sapiens.
Попытки поймать кино за хвост уже предпринимались. Большинство, кому это удавалось - так с хвостом и оставались – кино двигалось дальше, как ящерица, отрастив новый. Я же открываю сезон охоты на Снарка. Занимательная Игра, суть которой состоит в том, чтобы понять ее правила - Cinema plateau.